Меня спрашивают, почему?

Почему люди не выкидывают старье, складируют его в шкафах, кладовках и антресолях? Часто спрашивают.

В Украине этот вопрос очень не прост.
Казалось бы, нынешнее время можно назвать медовым для большинства граждан.
Благополучие и благосостояние украинцев уже не один десяток лет растет, люди сейчас могут себе позволить и дорогую бытовую технику, и компьютеры, и довольно разнообразную одежду. Но вот есть что-то внутри, что не дает возможности выбросить, определить как ненужное и отнести не помойку старые шубы, шапки, ботинки.
Да и другие, менее объемные вещи, чаще всего просто оседают в шкафу, занимая место.

Нет, это не лень.
И не "плюшкинство", в советском понимании этого слова.

Корни этого феномена нужно искать в начале прошлого века. Да-да, это отголоски того самого Голодомора. Страшного и неминуемо беспощадного. Когда от холода и голода — ведь продавалось буквально все, что могло продаться, чтоб только выжить — страдали миллионы людей в Украине. И холод был, как следствие. Организму, страдающему от голода нужно больше энергии, больше тепла. Его негде было взять, нечем восполнить. И люди гибли.

Помните? Те самые 1933-1934 годы.
Но только ли они? А война? Так ли сытно люди жили в те самые 1939-1945 года?
А позже? Когда на восстановление страны снова забиралось необходимое? Зерно вывозилось в приказном порядке.
Противление этому означало одно — смерть в лагерях. Не противление — смерть от голода. 
Люди отдавали, надеясь на лучшее.

Мы тут насчитали три периода. Я не знаю, были ли между ними какие-то послабления. Но даже этого хватило с головой. На три поколения вперед хватило.

Удивление людей, переселившихся в Украину позже, понять можно.
Что такое голод, они, может быть и не знают. Хотя, напрмер, о голоде в Поволжье знают очень многие. В свое время именно туда собирались пионерами в школах посылки, о том трубили советские газеты и проводились политинформации.
Но одно дело — какие-то посылки из далекого детства, а другое — вот это самое чувство непереносимого голода. И растерянная мать, продавшая за горсть муки много теплых вещей.
Это из памяти так просто не выветришь. Так или иначе, практически в каждой украинской семье есть память об этой трагедии.
Она может отойти на второй, третий планы. Но она есть и вполне осязаема.
Люди, пережившие голодомор, а вернее, уже даже потомки тех людей, с молоком матери впитали в себя бережное отношение к вещам.
Пусть сейчас оно никому и не нужно, а многие, порой и чураются этой привычки. 

Это наша история. 
Винить людей в этом нельзя.
Травмы подобного рода очень тяжко излечиваются.

Дай Б-г, чтоб подобное горе больше никогда не посетило украинскую землю. Да и другим желать не стоит.